архив "ПН".

«Мы выражаем глубокие соболезнования. Мы очень сильно переживаем. Те недочеты, которые были, мы попытаемся исправить», — заявил на суде заместитель главврача Окружной больницы Станислав Барсуков.

В Кудымкаре судят двух медработников – фельдшера скорой помощи Фаину Коньшину и педиатра Ошибской участковой больницы Галину Исыпову. Их обвиняют в смерти Родиона Курганова.

Фото: «ВК».

Мальчику был 1 год 10 месяцев. Он умер в ночь на 1 января 2018 года. Мама ребенка Анна Курганова требует взыскать с Окружной больницы 2 млн рублей.

«Состояние средней тяжести»

Фаина Коньшина вину не признает. Она вспоминает, что когда вечером 31 декабря приехала к Кургановым на вызов, то у ребенка было состояние средней тяжести.

— Температура у него была 37,7. В горле была яркая гиперемия (сильное покраснение), челюстные лимфоузлы не увеличены […]. Я поставила ОРВИ, — рассказывает она. – Оказала первую помощь и предложила госпитализацию.

Фельдшер говорит, что мама Родиона сначала отказалась ехать в больницу, но та ее переубедила: ребенок болеет не первый день, а впереди длинные выходные.

— Средняя степень тяжести не была поводом для госпитализации в Окружную больницу, — объясняет подсудимая. — В Окружной больнице принимали только тяжело больных детей и до году. Поэтому мы повезли ребенка в Ошиб.

Не по приказу

На самом деле фельдшеру скорой помощи Фаине Коньшиной нужно было отвезти ребенка в Кудымкар. Есть приказ Пермского края о маршрутизации детей в зависимости от заболевания. Во время заседания подсудимая признается:

— Учебы проводились, но эти приказы до нас не доводились. Нигде я подпись не ставила. Нас познакомили с приказом инсультно-больных, мы должны их всех возить в больницу, а по детям ничего не было. С этим [приказом о маршрутизации детей] нас познакомили в ноябре 2018 года [Родион умер в январе 2018 года]. Тогда я поставила подпись.

— Детей с дыхательной недостаточностью лечили в наших районных больницах, в детских отделениях, — продолжает она. — Например, Мижуевская сторона обслуживалась Галиной Васильевной. Если в Ошибской больнице мест не было, мы уже увозили детей в Верх-Иньву или в Белоево.

«Подумала, что лучше станет»

Галина Исыпова свою вину в полном размере не признает. Она говорит, что когда ребенка привезли, у него было красное горло, а еще она услышала хрипы. Врач решила, что это какая-то бактериальная инфекция, и поставила диагноз «бронхит».

— Ребенок кашлянул влажным кашлем, я подумала, что лучше станет, обрадовалась, — вспоминает она. — Когда в 22:50 уходила домой, его состояние было удовлетворительным.

Становилось все хуже и хуже

После смерти мальчика Анна Курганова рассказывала «ПН», что в Ошибской больнице малышу становилось плохо на глазах:

— Роде поставили антибиотик. Он сильно ревел, я его еле успокоила. Дали еще таблетки. Но состояние все равно утяжеляться стало, Родику становилось хуже и хуже. Я спросила, что у него, мне медсестра сказала: «Ларингит». Сказала, что сейчас главное, чтобы ребенок прокашлялся. Ему сделали ингаляцию. Но лучше не становилось. Он еле вздохнет, еле выдохнет… Потом куранты зазвучали, фейерверки под окнами стали пускать… А я Роде песенку пела, успокаивала, говорила ему, что сейчас все пройдет… Медсестра приходила, говорит: «Смотри, как красиво на улице салюты пускают», говорит: «Успокойся, сейчас все пройдет». Но не проходило! Меня начало трясти. Когда Родион побелел, у него потрескались губы и начали синеть ноги, медсестра позвонила в скорую и педиатру.

Фото: Валентина Коньшина, «ПН».

Родиона Курганова привезли в Окружную больницу, но спасти ребенка врачи не смогли.

Соболезнования и деньги

Заместитель главного врача Окружной больницы Станислав Барсуков на суде извинился перед родными мальчика:

— От имени всех врачей выражаю глубокое соболезнование родственникам, маме в связи с кончиной ребенка. Мы всегда переживаем, когда у нас умирают дети.

При этом с суммой иска он согласен частично – на четверть. Такая сумма, по его словам, оптимальна для возмещения ущерба за погибшего ребенка.

— Данный случай, данная ситуация на совести родителей, я считаю, — объясняет он. — Ребенок не получал положенное лечение с 28 по 31 декабря. Нарушался режим лечения ребенка. Почему мама не соблюдала режим… Это ее ответственность. Еще раз мы выражаем глубокие соболезнования, — повторил он. — Мы очень сильно переживаем. Те недочеты, которые были, мы попытаемся исправить.

Фото: Валентина Коньшина, «ПН».

На 25 февраля назначены судебные прения. Редакция «ПН» будет следить за развитием событий.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: