Принято считать, что осенняя хандра – это просто упадок сил или каприз организма. Но за этой «бытовой» слабостью скрывается куда более сложный механизм: древняя программа выживания, доставшаяся нам от далеких предков. Учёные Пермского Политеха объяснили, почему этот эволюционный рудимент не исчез из нашей ДНК полностью, как он влияет на психику сегодня и можно ли перехитрить собственную природу.
Осенью многие чувствуют себя более вялыми и подавленными. Обычно это объясняют нехваткой солнца и общим переутомлением. На самом деле внутри нас продолжает работать древний механизм экономии ресурсов, доставшийся от предков. У современных людей он выражен слабее, однако полностью не исчез: сегодня его активность во многом определяется социальными и внутриличностными факторами.
– В международной классификации болезней такого понятия, как «осенняя хандра», нет. Это бытовой термин, не имеющий статуса клинического диагноза, – отмечает Юлия Неверова, старший преподаватель кафедры «Социология и политология» Пермского Политеха, когнитивно-поведенческий психолог.
Тем не менее за обиходным названием стоит реальное состояние: оно проявляется упадком сил, усталостью, сонливостью, ухудшением настроения. По словам учёных, это связано с тем, что организм перераспределяет ресурсы и больше энергии тратит на адаптацию к новым условиям.
Эволюционный код: как мозг переводит тело в «спящий режим» По словам старшего научного сотрудника кафедры «Химия и биотехнология» Пермского Политеха, кандидата медицинских наук Валерия Литвинова, в основе древней программы выживания лежал мелатонин. Когда у наших предков сокращался световой день, выработка гормона сна увеличивалась. Это запускало целый каскад реакций: во-первых, падала активность гипоталамо-гипофизарной системы – отдела мозга, который управляет половой функцией, – из-за чего замедлялся синтез биорегуляторов щитовидной железы и надпочечников. Следом замедлялись метаболизм и развитие организма – так тело готовилось пережить холод и голод. Во-вторых, высокий уровень мелатонина сглаживал работу дофаминергической и серотонинергической систем, отвечающих за настроение и чувство удовольствия, что приводило к общему снижению активности.
– У современного человека эта реакция проявляется значительно слабее: размножение не останавливается, а снижение скорости обмена веществ и роста у детей в осенне-зимний период практически незаметно. Те же гормональные сдвиги сохраняются, но уже не приводят к выраженным последствиям. Вместо этого они создают фон, который с наступлением осени или при несбалансированной нагрузке может давать о себе знать, – дополняет эксперт ПНИПУ.
Как древний механизм переключился на социальные сигналы Полное отключение такой программы с точки зрения эволюции было бы ошибкой: небольшие климатические сбои или периоды нехватки пищи могли бы застать организм врасплох. Поэтому механизм сохранился, но его роль в современной жизни стала иной: теперь он запускается не столько природными изменениями, сколько внутренним состоянием человека.
– Нейробиологическая основа остается такой же: мозг по-прежнему чувствителен к гормональным колебаниям. Однако сейчас мы реагируем скорее на стресс от возрастающего к осени ритма жизни, который накладывается на сезонные факторы – сокращение светового дня, затяжные дожди, понижение температуры, – объясняет Валерий Литвинов.
К тому же современная социальная среда тоже способствует накоплению напряжения: люди часто поздно ложатся спать, потому что до ночи листают ленту в смартфоне, потребляют много вредной пищи и почти не двигаются. Как добавляет учёный, из-за этого организм живет в режиме постоянного недосыпа и нехватки полезных веществ, а осенью общее истощение обнажается.
Как договориться со своим «древним мозгом» Чтобы уменьшить влияние биологической программы, человеку важно осознанно помочь телу перестроиться. Учёная Пермского Политеха Юлия Неверова рекомендует сосредоточиться на базовых вещах, которые возвращают контроль над состоянием.
– Начать стоит с физических упражнений, но не обязательно сразу идти в зал. Прогулки, танцы, плавание – любая умеренная активность пару раз в неделю уже будет способствовать улучшению самочувствия. Параллельно важно поддерживать режим сна и бодрствования: стараться ложиться и просыпаться примерно в одно и то же время, даже в выходные. Питание тоже играет роль – оно должно быть разнообразным, и не стоит часто поддаваться желанию съесть что-нибудь сладкое, так как избыток сахара может привести к скачкам настроения, – объясняет Юлия Неверова.
Отдельное внимание стоит уделить общению. Планируйте встречи и мероприятия, где можно разговаривать с людьми, а не обмениваться сообщениями. Живой разговор с друзьями и близкими поддерживает сильнее, чем переписки, поэтому время в социальных сетях лучше сократить. Наконец, полезно следить за тем, что мы говорим себе: иногда плохое эмоциональное состояние поддерживается внутренним негативным диалогом. Важно уметь его замечать и пробовать переформулировать. Вместо «как мне сейчас плохо» подумать о том, что тело сейчас перестраивается и адаптируется к новому сезону.
Когда пора к специалисту Как продолжает Валерий Литвинов, сам по себе спад активности не является патологией. Если накопленного стресса нет, изменения в природе вызывают лишь лёгкое снижение настроения, не мешающее повседневной жизни. Выраженные состояния – те, что принято называть «осенней хандрой», «зимней депрессией» или «весенней усталостью», – возникают, когда ко внутреннему напряжению добавляется нагрузка, требующая от организма дополнительной адаптации. Учёный подчёркивает: такое состояние проходит, как только восстанавливается баланс между нагрузкой и отдыхом.
– Если же после налаживания режима и решения текущих трудностей подавленность, апатия или нарушения сна сохраняются дольше двух-трёх недель и начинают мешать работе, учёбе или отношениям, стоит обратиться к специалисту. При этом пол, возраст и наследственность не являются решающими факторами, а вот наличие психических расстройств в анамнезе, наоборот, повышает уязвимость, – обращает внимание эксперт ПНИПУ.
