Маленькая и худенькая 50-летняя женщина держит стадо, где больше 50 коров, быков и телят. Одна. Иногда помочь ей убрать за скотом приходят пара местных мужиков. И женщине, и животным тяжело – живут впроголодь. На страничке в ВК это хозяйство называется приют коров «Подворье Светозары», находится он в деревне Лелёва рядом с Верх-Иньвой.
Лилия Пичугина мечтала создать и развивать экоферму, где будет держать племенной скот – суксунскую породу коров. Особенность фермы – безубойное содержание животных. Доход планировала получать за счёт продажи молочных продуктов и агротуризма: «Даже свадьбы целые заезжают, с коровками фотографируются».
Начало В 2017 году она оставила городскую жизнь в Перми, где вела танцевальную студию и занималась фото и видеосъёмкой, и вместе с бывшим мужем в кредит купила недалеко от Краснокамска квартиру в двухквартирном деревянном доме и первую коровку – Ивушку. Затем одну за другой стали покупать у частников коров суксунской породы. В 2020 году в её хозяйстве насчитывалось 22 головы, сегодня – 40 взрослых коров и бычков и 15 голов молодняка.
Всех животных Лилия знает по именам, любит их и ни при каких условиях молодых телят, равно как и взрослых уже быков, не хочет отдавать на мясо: «Жалко их, мои детки, на тебя так смотрят, тебя любят».
– У неё в голове однозначно засела мысль, что ей надо спасти эту породу (суксунскую – прим. автора), – рассказывает жительница деревни Ивукова Валентина Дубровских, которая в декабре прошлого года купила в рассрочку у Лилии Пичугиной молодого телёнка, бычка и корову-нетель (молодая, ни разу не телившаяся корова – прим. автора). – Но она не понимает или просто не хочет понять, что ей одной это не под силу, она погибнет вместе с этими животными. Это очень миролюбивый и незлобный человек, очень любит животных, и она в себя спрятала эту боль, что не может дать нормального ухода, и очень переживает из-за этого.
Тяготы Для реализации мечты одной любви и тяжёлого физического труда оказалось недостаточно. Лилия Пичугина оформляла КФХ, но без должных юридических знаний оказалась в долгах и была вынуждена, как говорит она сама, «бежать с фермы в Васильевске (Ильинский район – прим. автора) после рейдерского захвата». Поменяв не один коровник, в итоге она вместе с животными обосновалась в деревне Лелёва Кудымкарского округа.
В приюте В приют для коров ведёт узкая, где не разъедутся встречные машины, заснеженная дорога. Возле почерневшего от времени коровника, с крыши которого свисают мощные обледенелые сосули, с десяток коров и бычков жуют сено на улице. Маленькая и очень худенькая женщина застёгивает тонкую болоньевую курточку, кивает, соглашаясь поговорить, и извиняется.
– Не в то время приехали вы, грязно у меня очень, – прямо и открыто смотрит светло-голубыми глазами и кашляет Лилия. – Работник месяц уже не приходил, сама я приболела, вирус был, плохо очень, не могла.
На содержание и уход за животными у Лилии сейчас не хватает денег. Сегодня сено ещё есть – на завтра уже нет. Вся надежда и договорённость, что знакомый фермер с Москвино, который держит поросят, опять привезёт в долг. Опил также по доброте душевной раз в месяц привозит тракторист с лесопилки. Витаминов и медикаментов животные пока что не получают. Едят сено и дроблёнку (дроблёное зерно – прим. автора), которые привозят в долг. Чтобы напоить животных, Лилия каждый день протягивает со скважины шланг 150 метров. Вода тёплая есть – как только заехали на ферму, женщина поставила нагреватель.
Ещё летом жить было гораздо легче – животные на выпасе, еды хватает, молочная продукция продаётся. Сейчас же коров не доят – молоко сосут телята, но это не главная причина. Летом во время дойки одна из коров лягнула хозяйку так, что сломала руку, после чего доить Лилия не смогла. Единственные деньги, что можно получить прямо сейчас – это сдать на мясо или зарезать телят и бычков.
– Могла бы, давно бы избавилась от них, но я не могу, – спокойно на вопрос зачем ей они нужны отвечает Лилия.
Мнение Валентина Дубровских рассказывает, что ситуация сейчас для Лилии Пичугиной очень тяжёлая и нехорошая. Так получилось, потому что она осталась совсем одна с животными, и усугубилось тем, что летом она сломала правую руку, а поскольку не с кем было оставить коров, в больницу вовремя не обратилась.
– Женщина попала в беду, – говорит Валентина. – Летом сначала руку сломала. Затем на лошади скакала, лошадь поскользнулась, она себе рёбра сломала. Правая рука болит, доить не может, продажи молочки не стало, у неё ступор, ситуация аховая. Очень хочется, чтобы её не гнобили, а помогли, чтобы минсельхоз как-то помог, чтобы нашли выход. По-человечески её жалко, сейчас начнутся отёлы – как она с такой рукой? Выход я вижу в том, чтобы разгрузить сейчас её, чтобы кто-то взял и держал сейчас тех же тёлочек, просто держать на время взяли. Коровы ведь эти – суксунская порода и голубая латвийская – очень молочные, хорошие. Суксунская специально выведенная порода для наших холодных регионов. Они не привередливые и очень дойные.
Не в колхозы В колхозы коров не возьмут – ни на передержку, ни на постоянно. На то есть причины: надо и анализы брать, и где-то держать не меньше месяца коров на карантине.
– Чужих не возьмём, своих хватает, – говорит, например, председатель колхоза имени Кирова Михаил Трушников. – Проблема – анализы.
Яна Яновская
Парма-Новости теперь и в МАКС
